Новости

Библиотека

Словарь


Карта сайта

Ссылки






Литературоведение

А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я






предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава I, в которой повествуется о том, кто такой пройдоха и откуда он родом

Я, сеньор, родом из Сеговии. Отца моего - да хранит его господь бог на небесах! - звали Клементе Пабло, и был он из того же города. Занимался он, как это обычно говорится, ремеслом брадобрея, но, питая весьма возвышенные мысли, обижался, когда его так называли, и сам себя именовал подстригателем щек и закройщиком бород. Говорили, что происходил он из весьма знатной ветви, и, судя по тому, как он знатно пил, этому можно было поверить.

Был он женат на Альдонсе де Сан Педро, дочери Дьего де Сан Хуана и внучке Андреса де Сан Кристобаля. В городе подозревали, что матушка моя была не старой христианкой*; сама же она, однако, перечисляя имена и прозвища своих предков, всячески старалась доказать свое святое происхождение. Она была когда-то очень хороша собою и столь знаменита, что в свое время все виршеплеты в Испании изощряли на ней свое искусство. Вскоре после замужества, да и позже, претерпела она великие бедствия, ибо злые языки не переставали болтать о том, что батюшка мой предпочитал вместо трефовой двойки вытаскивать из колоды бубнового туза**. Дознались как-то, что у всех, кому он брил бороду, пока он смачивал им щеки, а они сидели с задранной головой, мой семилетний братец с полнейшей безмятежностью очищал внутренности их карманов. Ангелочек этот помер от плетей, которых отведал в тюрьме. Отец мой (мир праху его) весьма жалел его, ибо мальчишка был таков, что умел пользоваться всеобщим расположением.

* (...была не старой христианкой... - то есть имела в роду обращенных в католичество евреев или мавров.)

** (...предпочитал вместо трефовой двойки вытаскивать из колоды бубнового туза. - В оригинале "metia dos dedos para sacar el as de oro" - выражение, фигурально означающее "запускал руку в чужой карман".)

За подобные и всякие другие безделицы отец мой был схвачен, но, как мне рассказывали потом, вышел из тюрьмы с таким почетом, что его сопровождало сотни две кардиналов*, из которых ни одного, впрочем, не величали вашим высокопреосвященством. Говорят, что дамы, лишь бы взглянуть на него, толпились у окон, ибо отец мой и пешком и на коне всегда выглядел в равной степени хорошо**. Рассказываю я об этом не из тщеславия, ибо всякому хорошо известно, насколько я от него далек.

* (...его сопровождали сотни две кардиналов... - В оригинале игра слов, основанная на том, что по-испански слово "el cardenal" означает одновременно и "кардинал" и "кровоподтек": отец Паблоса был осужден на наказание плетьми, коих он получил около двухсот ударов.)

** (...и пешком и на коне всегда выглядел в равной степени хорошо. - Осужденного на наказание плетьми преступника во время исполнения приговора провозили по улицам верхом на осле.)

Мать моя, однако, не пострадала. Как-то я слышал в похвалу ей от старухи, которая меня воспитала, что своими прелестями она околдовывала всех, кто имел с ней дело. Старуха, правда, добавляла, что при упоминании о ней поговаривали о каком-то козле и полетах по воздуху, за что ее чуть было не украсили перьями, дабы она явила свое искусство при всем честном народе*. О ней ходили слухи, что она умела восстанавливать девственность, возрождала волосы и возвращала им изначальную их окраску; кто называл ее штопальщицей вожделений, кто костоправом расстроившихся склонностей, а иные попросту худыми прозвищами сводницы и пиявки чужих денежек. Надо было видеть, впрочем, ее улыбающееся лицо, когда она слышала все это, чтобы еще больше почувствовать к ней расположение. Не могу не рассказать коротко о ее покаяниях. Была у нее особая комната, в которую она входила всегда одна и только иной раз вместе со мною, на что я имел право, как ребенок. Комната эта была уставлена черепами, которые, по ее словам, должны были напоминать о смерти, а по словам других - ее клеветников,- возбуждать желание жизни. Постель ее была укреплена на веревках висельников, и она мне это объясняла следующим образом:

* (...чуть было не украсили перьями, дабы она явила свое искусство при всем честном народе. - Лиц, осужденных за колдовство, возили на осле по городу, предварительно вымазав дегтем и вываляв в перьях.)

- Ты что думаешь? Они у меня заместо реликвий, ибо большинство повешенных спасается.

Родители мои вели большие споры о том, кому из них должен я наследовать в ремесле, но сам я уже с малых лет лелеял благородные замыслы и не склонялся ни к тому, ни к другому. Отец говорил мне:

- Воровство, сынок, - это не простое ремесло, а изящное искусство. - И, сложив руки, со вздохом добавлял: - Кто на этом свете не крадет, тот и не живет. Как ты думаешь, почему нас так преследуют альгвасилы и алькальды?* Почему они нас то ссылают, то избивают плетьми, то готовы преподнести нам петлю, хотя еще не наступил день нашего ангела и никто о подарках не думает?** Не могу я говорить об этом без слез! - И добрый старик ревел, как малое дитя, вспоминая о том, как его дубасили. - Ибо не хотят они, чтобы там, где воруют они сами, воровали бы и другие, кроме них и их прихвостней. От всего, однако, спасает нас драгоценное хитроумие. В юности моей меня часто можно было увидеть в церкви***, но, конечно, не потому, что я так уж ревностно прилежал религии. Сколько раз могли бы посадить меня на осла, если б я запел на кобыле!**** Каялся я в своих грехах только по повелению святой матери нашей церкви и вот этим путем да моим ремеслом вполне прилично содержал твою матушку.

* (...альгвасилы и алькальды? - Альгвасил - см. прим. к с. 56; алькальд - глава городской или сельской управы, исполнявший и обязанности судьи.)

** (...готовы преподнести нам петлю, хотя еще не наступил день нашего ангела и никто о подарках не думает? - В оригинале игра слов, использующая двойное значение слова "colgar" - "вешать", "казнить" и одновременно "делать подарок ко дню ангела".)

*** (...меня часто можно было увидеть в церкви. - В стенах храма преступники пользовались правом убежища: этот же мотив в более развернутом виде возникает и в "Главе последней", в которой Паблос укрывается с друзьями преступниками в Севильском соборе, то есть сын повторяет судьбу отца, кончая тем, с чего отец начинал, - положение, существенное для философии плутовского романа.)

**** (...могли бы посадить меня на осла, если б я запел на кобыле! - "Запеть на кобыле" - "cantar en el potro" на воровском жаргоне - означало "признаться под пыткой в совершенном преступлении", что, естественно, влекло за собой наказание. См. также прим. к с. 68.)

- Как это так вы меня содержали! - в великом гневе отвечала на это моя мать, опасаясь, как бы я не отвратился от колдовства. - Это я содержала вас, вытаскивала из тюрем благодаря моему хитроумию и помогала вам моими деньгами. Если вы не каялись в своих грехах, так что было тому причиной: ваша ли твердость или те снадобья, которыми я вас поила? Да что тут толковать - вся сила была в моих банках. И не бойся я, что меня услышат на улице, я бы рассказала, как мне пришлось спуститься к вам в тюрьму по дымовой трубе и вытащить вас через крышу.

Она наговорила бы еще всякой всячины, - так все это ее разволновало, - не рассыпься у нее (она вовсю размахивала руками) четки из зубов покойников. Я помирил родителей, заявив, что непременно хочу учиться добродетели и шествовать по пути благих намерений, для чего они должны определить меня в школу, ибо, не умея ни читать, ни писать, нельзя ничего достигнуть. Слова мои показались им разумными, хотя они и поворчали между собой по этому поводу. Мать моя принялась нанизывать свои зубные четки, а отец отправился срезать у кого-то уж не знаю что - то ли бороду, то ли кошелек. Я остался один и вознес благодарение господу богу за то, что сотворил он меня сыном столь склонных и ревностных к моему благу родителей.

предыдущая главасодержаниеследующая глава










© Злыгостев А.С., 2001-2019
При использовании материалов активная ссылка обязательна:
http://litena.ru/ 'Литературное наследие'

Рейтинг@Mail.ru