Новости

Рассылка

Библиотека

Новые книги

Словарь


Карта сайта

Ссылки









предыдущая главасодержаниеследующая глава

Настоящее имя спрятано

Многие псевдонимы образованы посредством использования тем или иным способом (изменение, сокращение, зашифровка, перевод на другой язык и т. п.) истинных имен, отчеств, фамилий авторов.

Средневековые схоласты, а вслед за ними и гуманисты Возрождения, чтобы отличаться от простых людей, носивших ту же фамилию, латинизировали ее. Ученые образовывали тогда замкнутую касту, и латинская (иногда греческая) форма имени и фамилии подчеркивала принадлежность к ней.

Филолог Жюль де л'Эокаль именовал себя Юлиус Скалигер; эллинист и лексикограф Анри Этьен - Генрикус Стефанус; выдающийся ученый и философ Рене Декарт - Картезиус (отсюда и название его учения - "картезианство"). Этьен Доле, французский гуманист, боровшийся против церковников и сожженный в 1546 г. за свободомыслие, был известен под именем Стефанус Долетус. Поэт Клеман Маро в подписи на его портрете назван Маротусом, а его современник де Ла Боэси, автор "Рассуждения о добровольном рабстве", - Боэцианусом.

* * *

Легко расшифровываются псевдонимы, являющиеся переводом имени или фамилии автора на другой язык (кальки). Этот прием также широко применялся в средние века для латинизации или эллинизации имен ученых и писателей.

Так, анатом XVI в. Жак Дюбуа заменил фамилию на Сильвиус (по-французски bois, по-латыни sylva - лес). Фамилия его современника, немецкого поэта Конрада Пикеля, означала "кирка", и он стал называть себя Цельтис (по-латыни - кирка). Легран становился Магнусом (то и другое означает "большой"); француз Леруа и немец Кениг превратились в двух Региусов (от латинского тех, соответствующего французскому roi и немецкому Konig - король).

Гуманист А. Дюшен заменил свою фамилию на Квepкус (chêne по-французски, quercus по-латыни - дуб).

Эразм Роттердамский подписывался Дезидериус; это - перевод на латинский язык его имени Герхард, означающего "желанный". Сподвижник Лютера проповедник Шварцерд именовал себя Меланхтон; оба эти имени означают "черная земля", одно - по-немецки, другое по-гречески. Его земляк, астроном Иоганн Мюллер, живший в Кенигсберге, принял имя Региомонтану с - латинская калька слова "кенигсбергский". Такой же калькой была подпись Ацернус (по-латыни - кленовый) польского поэта тех времен Себастиана Кленовича.

Фламандский географ, составитель первого атласа точных карт Г. Кремер и живший веком позже датский математик-астроном Н. Кауфман известны под одним и тем же именем Меркатор, которое по-латыни означает то же самое, что по-немецки Kramer (лавочник) и Kaufmann (купец). У картографов до сих пор в ходу термин "проекция Меркатора".

Я. Н. Толстой подписывал статьи в иностранных газетах J. Legros (le gros по-французски - толстяк). Журналист А. А. Вольф писал под псевдонимом Lupus (по-латыни - волк; Wolf по-немецки тоже волк), а журналист Л. М. Медведев - под именем Ours (по-французски - медведь).

Переводчик и публицист Петр Вейнберг статью "Русские диковинки" в "Веке" (1861) подписал Камень Виногоров: по-гречески petros значит "камень", а по-немецки Wein - "вино", Berg - "гора". Журналисты С. Бланк и И. Эйзен подписывались: первый - Белов (blanc по-французски - белый), второй - Железнов (Eisen по-немецки - железо).

Латышский писатель Э. Зильберс принял литературное имя Судрабу, которое является переводом на латышский его автонима, означающего по-немецки "серебро", а погибшая в борьбе с фашистскими захватчиками журналистка А. Звездина подписывалась Тяхтинен, что на ее родном карельском языке значит "звездочка".

Использовав французское звучание своих имени и фамилии, зашифровал их Федор Ильин, ученый-хирург, издав за подписью Тео Эли научно-фантастический роман "Долина новой жизни" (1928), где предсказаны преступления фашизма.

Лион Фейхтвангер выпустил в 1928 г. книгу стихов от имени Дж. Л. Уэтчика. Так звучит в переводе на английский его фамилия: wet cheek, как и feuchte Wange, значит "влажная щека".

* * *

Автор мог зашифровать свою фамилию каким-либо способом, превратив ее в криптоним (общее название для таких подписей, от греч. kryptos - тайный).

Иногда зашифровка производилась посредством перестановки букв (анаграмма).

В 1532 г. в Париже вышла книга "Пантагрюэль, король дипсодов, показанный в его доподлинном виде, со всеми его ужасающими деяниями и подвигами. Сочинение покойного мэтра Алькофрибаса, извлекателя квинтэссенции". А через два года за нею последовала "Повесть о преужасной жизни великого Гаргантюа, отца Пантагрюэля, некогда сочиненная магистром Алькофрибасом Назье, извлекателем квинтэссенции".

Настоящим автором этих книг, выдающегося памятника французского Возрождения, был Франсуа Рабле; от перестановки букв в его имени и фамилии и получился загадочный Алькофрибас Назье (Frangois Rabelais - Alcofribas Nasier). Остальные три книги, ставшие продолжением предыдущих, Рабле подписал уже своим именем, с присоединением ученого титула: доктор медицины, мэтр Франсуа Рабле.

Сатиры Пьетро Аретино, прозванного "бичом государей", были после его смерти (1558) внесены в список запрещенных книг, периодически публикуемый Ватиканом; поэтому их переиздали от имени Партенио Этиро (анаграмма Pietro Aretino). Ноэль дю Файль в том же XVI в. свои "Шутливые беседы" подписал Леон Ладульфи, также переставив буквы автонима.

Маркиза Рамбуйе, чей салон был центром литературной жизни Парижа в первой половине XVII в., подписывалась Артениса - анаграммой своего имени Катерина, а ее современник Феликс Ногаре одну из своих книг издал под именем Ксанферлигот.

Целым фейерверком псевдонимов-анаграмм осыпал своих читателей К. Гриммельсгаузен, автор романа о похождениях Симплициссимуса (1669). Из Кристоффель фон Гриммельсгаузен он умудрился образовать имена и фамилии и героя романа - Мельхиор Штернфельс фон Фуксгейм (это он носил прозвание Симплициссимус), и мнимого издателя - Герман Шлейфгейм фон Зульсфорт, и мнимого автора - Самуэль Грейфензон фон Гиршфельд.

Мало того, для каждого нового своего произведения Гриммельсгаузен придумывал новую анаграмму. "Судейскую Плутона" он выпустил от имени Эриха Штейнфельса фон Груфенсголъма, "Висельного человечка" - от имени Израэля Фромшмита фон Гугеифельса, "Жизнеописание матушки Кураж" - от имени Филархуса Гроссуса фон Тромменгейма и т. д. Наконец эта игра ему надоела, и на заглавном листе "Чудесного птичьего гнезда" (1672) он поставил в алфавитном порядке все 28 букв, входивших в его настоящие имя и фамилию: А. с. eee. ff. g. hh. ii. И. mm. nn. оо. rr. sss. t. uu - пусть читатели что хотят, то и делают с ними!

Переставив буквы автонима, французский поэт-символист Поль Верлен получил один из своих псевдонимов - Бедный Лелиан (Paul Verlaine - pauvre Lelian). Его земляк Жорж Адриен, автор нашумевшего романа "Вор", написанного в форме автобиографии, так что поговаривали о принадлежности автора к преступному миру, переставил лишь первые две буквы своей фамилии: вместо Адриен - Дариен.

Немало подписей-анаграмм и в русской литературе.

Один из первых наших поэтов и переводчиков, Антиох Кантемир, свое "Письмо, содержащее правила русского стихосложения" (1743), подписал Харитон Макентин. Замысловатые псевдонимы Нюколец, Елцюкон, Цкнлеою в "Приятном и полезном препровождении времени" принадлежали одному и тому же автору - Е. Люценко, лицейскому учителю Пушкина.

А. Г. Ковнер, автор романов "Около золотого тельца" (1881) и "Без ярлыка" (запрещенного цензурой, так как он был направлен против системы "классического" образования и ратовал за свободный доступ "кухаркиных детей" в университеты), печатался под фамилией Корнев. Одним из псевдонимов В. Я. Брюсова был Аврелий (анаграмма его имени Валерий).

Легко расшифровываются анаграммы типа "перевертышей", т. е. получаемые от чтения автонима справа налево (палиионимы, от греч. palin - назад).

Например, де Майе свои "Беседы об уменьшении морей, образовании Земли и происхождении человека" (1748), над которыми насмехался Вольтер, подписал Теллиамед. Это - фамилия автора, прочтенная наоборот (de Maillet - Telliamed). Форме (Formey), идейный противник Жан-Жака Руссо, написавший роман "Анти-Эмиль", свои замечания о грамматике Расина издал под фамилией Yemroj. Графиня Юлия Апраксина свои повести, вышедшие на французском языке (1860), подписала Eiluj Nixarpa.

Подписи-"перевертыши" часто встречаются и в нашей литературе. Великий русский баснописец в "Приятном и полезном препровождении времени" подписывался Нави Волырк (1797). Подпись Роге Вотсереб в "Иллюстрации" 1840-х годов принадлежала Егору Берестову, а "Записки хуторянина" Н. Окнерузама ("Современник", 1863) - Н. Мазуренко. А. Шеллер в "Весельчаке" подписывался Релеш.

В 1901 г. в Москве вышла книга "Строфы Нирузама". Переводчик - некто К. Герра - сообщал в предисловии, что Нирузам - персидский поэт, якобы живший в X в. На самом деле никакого Нирузама никогда не существовало, точно так же как и Герра; все стихи в этой книге были сочинены К. М. Мазуриным, который использовал то обстоятельство, что его фамилия, будучи прочтена справа налево, приобретала экзотический колорит. С целью сделать мистификацию правдоподобнее "переводчик" в предисловии подробно рассказывал, как он нашел рукопись, сообщал биографические сведения об авторе. Ни содержание, ни форма стихов, написанных в стиле Саади и Хафиза, не давали повода заподозрить обман.

В Москве же (1906) вышла книжка некоего Треварда, скромно озаглавленная "Стихотворения". На обложке ее была изображена Свобода, распахивающая тюремные врата.

Но дает мне встать цепь железная 
Под великое знамя красное... -

писал автор от имени политического заключенного. Вспоминая о революции, только что жестоко подавленной, он предупреждал:

Надвигается мести народной волна 
И раскаты грохочущей бури!

Автором этих стихов была 20-летняя Ксения Драверт, чья фамилия была зашифрована тем же нехитрым способом.

Известный когда-то популяризатор, автор книги "Занимательная техника наших дней" В. В. Рюмин иногда подписывался Н. И. Мюр. Под стихами К. А. Федина в дореволюционном "Сатириконе" стояло Нидефак. Г. Н. Троепольский под первым рассказом (1937) поставил Т. Лирваг, т. е. Гаврил Т.

Некоторые фамилии, будучи "вывернуты наизнанку", приобретали неожиданный смысл, чем пользовались их носители. Так, журналист А. Д. Данилов в "Развлечении" 1860-х годов подписывался Волинадо, что весьма раздражало цензоров: как бы читателям не пришло в голову, что воли надо? В конце концов Данилова за эту подпись выслали из Москвы.

Палиноним мог представлять собою и не фамилию автора, а какое-нибудь слово, характеризующее его и написанное справа налево. Так, М. Б. Ханин, побывавший на царской каторге, корреспонденции в газетах подписывал Кинжротак. Цензура ничего подозрительного не замечала.

* * *

Многие авторы, не утруждая себя придумыванием псевдонима, ограничивались тем, что сокращали свои имена и фамилии.

Это могло делаться, например, посредством пропуска части букв (ателонимы, от греч:. atelis - неполный).

Так, дядя А. С. Пушкина в "Аопидах" (1797) подписывался Всл. Пшкн, а В. А. Жуковский и автор "Ледяного дома" И. И. Лажечников в "Вестнике Европы" - В. Жквск. и Лжч. Многократно осмеянный Пушкиным бездарный поэт князь П. И. Шаликов ставил: Кнз. Птр. Шлкв. А. В. Тимофеев издал свои книги под названиями: "Песни Т. м. ф. а" и "Опыты Т. м. ф. а.".

Иногда пропускались не гласные, а согласные; такую подпись расшифровать гораздо труднее. Так, Гоголь в "Северных цветах на 1831 г." "Главу из исторического романа" подписал оооо. Эти четыре "о" входили в его полную фамилию, написанную по тогдашней транскрипции (Гоголь-Яновской).

Порой пропускали буквы в фамилии, написанной справа налево. Так, статья М. Л. Магницкого в "Историческом альманахе" (1842) была подписана К-ц-н-г-м. Таковы же подписи Александр Н. к. ш. п. и Александр Икшп под ранними стихами Пушкина. Элемент его фамилии есть и в подписи Н. К. под статьей "О предисловии г-на Лемонте к переводу басен И. А. Крылова". Это - две последние согласные в фамилии автора, написанные в обратном порядке.

Декабрист Г. С. Батеньков поэму "Одичалый" ("Русская беседа", 1859), где описана горькая судьба автора, проведшего 20 лет в Алексеевском равелине, подписал о-е-а, т. е. гласными своей фамилии в обратном порядке.

В 1924 г. журнал "Жизнь искусства" поместил статью "Вечная история", высмеивавшую приверженцев формального метода в литературоведении. Статья не была подписана, но заканчивалась так: "Мои гласные - эеау, а согласные - йхнбм. А сам я, ей-богу, очень добрый человек". Так зашифровал свою фамилию критик Б. М. Эйхенбаум, известный своими работами о Льве Толстом и других русских классиках.

Иногда от автонима оставляли лишь одну или несколько букв, взятых из середины, на что указывали тире до и после них. Так, подпись -е- ставили и К. Ф. Рылеев в "Невском зрителе" (1820), и Д. Д. Минаев в "Петербургской газете" (1877), и И. С. Тургенев в "Отечественных записках" (1850). В письме к издателю А. А. Краевскому Тургенев просил: "Не выставляйте даже начальной буквы моего имени под письмом о "Пророке" (опера Мейербера. - В. Д.). На то у меня есть особенные причины"1.

1 (Тургенев И. С. Полное собрание сочинений и писем. Письма, т 1. М. - Л., 1961, с. 379)

Театральный критик Н. Е. Эфрос иногда подписывался -ф- журналист Н. Г. Шебуев - -бу-, библиограф П. А. Дилакторский - -кто-.

Чаще, однако, от фамилии оставляли начало и конец, а середину заменяли точками или тире. При этом случались совпадения: так, одинаковая подпись Т...въ стоит и под стихами Ф. И. Тютчева в "Галатее" (1829), и под письмом И. С. Тургенева о смерти Гоголя в "Московских ведомостях" (1852).

К этому виду псевдонимов относится и литературное имя дочери Ильи Эренбурга - Ирина Эрбург, и подпись Фальберг одного из соавторов "Золотого теленка" и "Двенадцати стульев", которую в дальнейшем вытеснило литературное имя Ильф.

* * *

Практиковалось также сокращение настоящих фамилий посредством отсекания их начала или конца (апоконимы, от греч. apokopto - отрезаю, отрубаю).

Так, первоначальная фамилия классика болгарской литературы Ивана Вазова была Айвазов, а известного немецкого поэта прошлого столетия Ленау - Штреленау. Основоположник так называемой научной поэзии французский поэт Рене Гильбер известен как Рене Гиль.

Укорачивали свои фамилии и другие французские авторы. Ф. Каркопино-Тюзоли, перу которого принадлежит романизированная биография Вийона, писал под именем Карко, а Д. Декурдеманш, редактор "Коммуны,", расстрелянный гитлеровцами, - под именем Декур.

Дочь Карла Маркса Элеонора первые две буквы своей фамилии по мужу (Эвелинг) - Av. ставила под "Письмами из Англии" в "Русском богатстве" (1875).

Русские авторы иногда отсекали от своей фамилии начало. Получалось: Злов вместо Козлов, Гарев вместо Огарев, Ленский вместо Оболенский.

В названии журнала "Мешанина" (1775) указывалось, что его редактор-издатель "на -унц по рифме" (т. е. что его фамилия оканчивается на унц) и утверждалось, будто он, "в чужих краях рожденный и воспитанный иностранец, первым стал, стихотворцем на русском языке".

Н. А. Добролюбов под знаменитой статьей "Темное царство" поставил Н.-бов, а один из первых переводчиков "Капитала", Николай Даниэльсон, подписывался Николай-он.

Некоторые авторы, усекая свою фамилию, превращали ее первые две буквы в мнимые инициалы. Так, автор поэмы "Стенька Разин" и популярной дореволюционной песни "Есть на Волге утес..." А. А. Навроцкий подписывался Н. А. Вроцкий, сатирик В. М. Некрасов - Н. Е. Красов, поэт В. В. Князев - К. Н. Язев.

Ряд журналистов, чьи фамилии оканчивались на -кий или -кин, пользовался этими суффиксами как псевдонимами, в том числе Н. С. Курочкин. Советский писатель В. П. Суровикин, автор известной повести "По ту сторону" (1927), также подписал ее В. Кин.

Подобным же способом образовали свои литературные фамилии советские писатели Б. Галин, Л. Овалов, Н. Анов (один из старейших рабкоров дореволюционной "Правды"). Это окончания их автонимов: Рогалин, Шаповалов, Иванов.

А. В. Луначарский в 1908 г. несколько статей о театре подписал В. Чарский.

Иногда от имени или фамилии оставляли лишь конечные буквы. Поэтесса Анна Бунина в журналах начала прошлого века подписывалась -а -а и -а -а -а. Многие литераторы, чьи фамилии оканчивались на -ов или -ев, ставили подпись -в или ...в (добавляя твердый знак). К их числу принадлежат и Крылов, и Веневитинов, и Языков, и Тургенев, и Чехов (так были подписаны его первые юморески в "Стрекозе": "Письмо донского помещика Степана Владимировича N. к ученому соседу д-ру Фридриху" и др.). Однако все они употребляли эту аббревиатуру изредка, иногда лишь по одному разу.

Сделал это и Лермонтов, но не по своей воле. Цензура запретила редакции "Русского инвалида" (1838) напечатать "Песню про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова", так как автор был сослан на Кавказ. Но по ходатайству В. А. Жуковского ее позволили опубликовать без указания фамилии автора. Редакция поставила под "Песней" -въ.

Подпись ъ. ъ. й под "Обозрением российской словесности" в "Северных цветах на 1830 г." представляла собой последние буквы слов "князь Владимир Одоевский". В. Г. Белинский некоторые рецензии в "Молве" (1835) также подписывал последними буквами имени и фамилии: ...ъ ...й. В. К. Кюхельбекер под статьей "О терминологии русской грамматики" (1846) и М. Щепкин под "Записками актера" (1847). поставили -ъ. Твердым знаком ограничивал свою подпись и В. И. Ленин (в журналах "Вперед" и "Волна", 1905 - 1906).

Другие авторы, наоборот, отсекали от своей фамилии конец. Гоголь, о двойной фамилии которого мы упомянули, статью "Несколько мыслей о преподавании географии" (1831) подписал Г. Янов. Лермонтов под письмами часто ставил Lerma.

А. В. Амфитеатров, начиная литературную деятельность в "Будильнике", подписывал фельетоны Амфи. Сократил свою фамилию этим способом и автор исторических романов "Батый" и "Чингис-хан" - В. Г. Янчевецкий, известный читателям как В. Ян.

Укорочение фамилии посредством отсекания ее конца (или, реже, начала) вошло в обычай у литераторов национальных республик Советского Союза: Хусни вместо Хуснутдинов, Рахмат вместо Рахматуллин, Еники вместо Еникеев, Давли вместо Давлетшин, Дон вместо Дондубон, Панч вместо Панченко, Рза вместо Рзаев, Зарьян вместо Егиазарьян.

Из первых слогов имени и фамилии составлены шуточные псевдонимы: Ник-Нек - Некрасова и Анче - Чехова.

Критик и композитор А. Авраамов в 1918 г., отдавая дань духу времени, подписывался Реварсавр, что означало "революционер Арсений Авраамов", а критик К. Зелинский в те же годы - Корзелин (его звали Корнелием). В самарских газетах тех же лет подпись Аско будущего автора "Ташкента, города хлебного" означала Александр Скобелев.

Аналогичным путем образованы литературные фамилии: советских писателей Ильфа, Лагина, Исбаха, Арго; осетинской поэтессы Нины Галавановой - Нига, болгарского поэта Лальо Маринова - Ламар, немецкого писателя Курта Бартеля - Куба.

Псевдоним Юльмис литовского поэта А. Ясутиса, бойца Интернациональной бригады, погибшего в Испании, был образован из первых слогов имени и фамилии - Юлюс Мисюкявичюс, под которыми он был вынужден скрываться от полиции.

* * *

Довольно часто псевдоним является видоизменением настоящей фамилии (паронимы, от греч. para - возле, около).

Так, И. И. Лажечников в "Аглае" (1810) подписался Жечков, а С. Т. Аксаков в "Галатее" (1829) - Асанов. Петрашевец А. П. Баласогло придумал для себя псевдоним Белосоколов. В. И. Аскоченский выпустил роман "Асмодей нашего времени" (1858) от имени Кочки Сохрана; А. И. Пальм роман "Алексей Свободин" (1872), где выведен Достоевский, - от имени П. Альминского. Все эти подписи были по звучанию сходны с настоящими фамилиями авторов.

Намек на нее есть и в псевдониме современника Пушкина В. П. Титова - Тит Космократов. Так он подписал в "Северных цветах на 1829 г." запись устного рассказа Пушкина "Уединенный домик на Васильевском".

Поэт Лиодор Пальмин, автор революционной песни "Не плачьте над трупами павших борцов...", придумал себе псевдоним Луидор, использовав сходство своего имени с названием французской золотой монеты. Константин Станюкович при первой публикации "Морских рассказов", принесших ему известность, подписал их Костин; автор очерков о старой Москве В. А. Гиляровский подписывался Гиляй и Гиль.

Поэт И. А. Белоусов иногда ставил подпись Белый ус, юморист О. Л. Оршер - сначала Шер, а затем д'Ор.

Элементы настоящих фамилий есть и в псевдонимах: пародиста А. Г. Архангельского - Архип, переводчика Диккенса Е. Л. Лозмана - Лани, юмориста В. А. Ашкинази - Азов, беллетриста М. А. Ландау - Алданов, поэта и переводчика В. А. Пестовского - Пяст.

Один из пионеров пролетарской литературы в России, Феоктист Березовский, чья повесть "Мать" перекликается с одноименным романом Горького, подписывался в газетах и журналах Фома Березовой и Фома Береговой.

Литературные фамилии двух других советских писателей, Н. Ляшко и С. Мстиславского, также являются паронимами. Автор "Сладкой каторги", где изображен быт работниц кондитерской фабрики и их участие в революционной борьбе, в жизни был Лященко, а автор романа о Н. Э. Баумане "Грач - птица весенняя" - Масловским.

И. Э. Бабель очерки в "Журнале журналов" и горьковской "Новой жизни" (1917 - 1918) подписывал Баб-Эль; автор романа о разгроме колчаковщины "Два мира" (1921) В, Зубцов изменил фамилию на близкую как по звучанию, так и по смыслу - Зазубрин. Переводчик В. Сметанич подписывался Стенич; поэт И. Уткин под первыми стихотворными фельетонами в иркутской "Власти труда" ставил Утя.

Из настоящей своей фамилии (Корнейчук) образовал еще до революции свои литературные имя и фамилию Корней Чуковский, которого звали не Корнеем Ивановичем, а Николаем Васильевичем.

* * *

Иногда автор ставил одно только свое имя, без фамилий. Строго говоря, это уже не псевдоним, т. е. не ложное имя. Но ведь лиц, носящих одно и то же имя, очень много, а фамилия оставалась неизвестной; значит, элемент инкогнито имеется и тут. Подобные подписи называются пренонимами (от лат. prae - перед, так как имя ставится перед фамилией).

Автора "Божественной комедии" мы зовем Данте. Но это не фамилия, а имя, притом сокращенное (в честь деда по матери, которого звали Дуранте). Фамилия же великого итальянского поэта была Алигьери.

Ограничивался своим именем французский поэт начала XVII в. Теофиль де Вио. Даже его литературное наследие было издано как "Сочинения Теофиля", без указания фамилии на первой странице.

Немецкий классик Иоганн Пауль Рихтер сделал псевдонимом французскую транскрипцию своего имени: Жан-Поль, а его соотечественница Тереза фон Бахерахт, чье имя связано с дуэлью Лермонтова и Баранта, свои романы и повести подписывала Тереза.

Морис Дюдеван, сын Жорж Санд, выступал в печати как Морис; одно лишь свое имя Сватоплук, без фамилии, ставит на своих книгах чешский прозаик С. Турек, автор "Ботостроя".

Иногда автор ставил имя без фамилии, но не свое. Вильгельм Херинг, которому принадлежат мнимые переводы романов Вальтера Скотта на немецкий, избрал псевдонимом имя Алексис, а польская беллетристка Нарциза Жмиховская - имя Габриэлля. Румынский беллетрист Григоре Пишкулеску подписывался Галактион.

На Западе для пренонима иногда использовалось второе имя, полученное автором при крещении (там ребенку дают, как правило, не одно имя, а два или более). Так образовались уже упомянутые литературные фамилии английского прозаика Джозефа Конрада и французского поэта Гийома Аполлинера (от их вторых имен Конрад и Аполлинарий).

Довольно часто встречаются пренонимы и в русской литературе. Кюхельбекер ряд повестей и стихотворений в журналах 1815 - 1819 гг. подписал Вильгельм. Белинский под одной статьей в "Молве" (1835) поставил В-ъ, т. е. Виссарион.

Писатель-этнограф В. Г. Богораз носил вначале имя Натан; отсюда его псевдоним Тан (впрочем, это могло быть сокращением другой его подписи - Шайтан).

Иногда преноним бывал уменьшительной или сокращенной формой имени. Так, Чехов некоторые ранние юморески подписывал Антоша. Будущий создатель МХАТа Вл. Немирович-Данченко в "Будильнике" и "Развлечении" в 1880-х годах ставил подпись Владь.

Особенно широко распространены пренонимы среди писателей народов Востока; эта форма литературной фамилии встречается у них так же часто, как тахаллус.

Казахских акынов Абая Кунанбаева и Джамбула Джабаева мы знаем как Абая и Джамбула; узбекского поэта Хамзу Хакимзаде Ниязи, убитого классовыми врагами в 1929 г., - как Хамзу. Одно лишь имя - Коста - иногда ставил и классик осетинской литературы К. Хетагуров. Грузинский поэт XVIII в. В. Габашвили подписывался Бесики (уменьшительное от его имени Виссарион), а его землячка Мария Алексидзе - Мариджан (милая Мария).

Выдающийся аварский поэт Махмуд Магомедов (ум. 1919) вошел в литературу под одним лишь именем Махмуд. Своими именами, без фамилий, подписываются многие современные поэты и прозаики братских народов СССР: азербайджанские - Мамед Рагим, Мир Джалал, армянские - Ахаени, Метаксэ, Норайр, башкирский - Селям, татарский - Газиз, узбекские - Миртемир, Мирмухсин, Зульфия, Гульчехра, таджикские - Лоик, Озод, туркменские - Халдурды, Масуд.

Случалось и так, что автор, сохранив фамилию, ставил перед ней другое, не свое имя.

Например известная чешская писательница Немцова переменила, выступая в печати, имя Барбара на Вожена. Поэта-футуриста Велимира Хлебникова в действительности звали Виктором. Автора романов "Степан Кольчугин" и "За правое дело" Василия Гроссмана звали Иосифом, а прозаика Андрея Соболя - Юлием. Настоящее имя Константина Симонова - Кирилл. Автор романов "Ясные дали" и "Рассудите нас, люди!" Александр Андреев в жизни был Василием; Александром его прозвали после того, как он в детстве сыграл роль мальчика Саньки в одной пьесе.

* * *

Русские авторы довольно часто брали в качестве псевдонима свое отчество (патронимы, от лат. pater - отец).

Так часто поступал В. И. Ленин: "Экономические этюды и статьи" (1898), а годом позже свой классический труд "Развитие капитализма в России" он подписал Владимир Ильин. Под его статьями в социал-демократической печати стояло: В. Ильин, Вл. Ильин, В. И-ин, Ильин и просто И.

Имя отца, которого он очень любил и рано потерял, сделал своим литературным именем и Горький: ведь в действительности писателя звали не Максимом, а Алексеем.

Отчество, взятое отдельно, часто выглядит как фамилия, особенно при перестановке ударения. Такими "фамилиями", а на самом деле отчествами подписывались, например, народник А. О. Новодворский (Осипович) и классик советской литературы, автор "Железного потока" А. С. Попов, которого мы знаем как Серафимовича.

Некоторые русские литераторы ставили свое отчество как фамилию без суффикса -ич. Так, Н. Г. Помяловский очерки "Вукол" и "Долбня" подписал Н. Герасимов, Глеб Успенский сборник рассказов "Из памятной книжки" и повесть "С места на место" выпустил от имени Г. Иванова; П. В. Засодимский под повестью "Семейное горе" поставил Г. Владимиров.

Одним из псевдонимов Г. В. Плеханова был Валентинов; нарком здравоохранения Н. А. Семашко в дореволюционной социал-демократической печати подписывался Александров.

Автор "Алых парусов" не сразу принял литературную фамилию Грин; несколько ранних рассказов он напечатал от имени А. Степанова. Фантаст А. Р. Беляев, автор романа "Человек-амфибия", рассказ "Сезам, откройся!" подписал А. Ром, использовав свое отчество Романович. Впоследствии этот рассказ был напечатан в журнале "Вокруг света" уже как перевод с английского; автором значился А. Ромс...

Свои отчества избрали как литературные фамилия и другие советские писатели. Андрей Платонов в жизни был А. П. Климентовым; настоящая фамилия Н. Никандрова, автора "Берегового ветра" и других повестей из быта моряков, была Шевцов; автор "Штурма Зимнего" и "Следов на камне" Л. Савельев носил в жизни фамилию Липавский.

Один из старейших сибирских журналистов, Е. Ф. Иванов, подписывался своим отчеством, изменив его па народный лад - Филиппыч, что соответствует стилю его фельетонов, ведущихся от лица человека из народа, уже немолодого, наделенного большим опытом.

По имени отца, которого никогда не видел, ибо тот погиб на войне, оставив годовалого сына, принял литературную фамилию Яшин поэт Александр Попов.

Эту традицию можно встретить не только в русской литературе. Один из первых азербайджанских поэтов, Изеддин (XIII - XIV вв.), известен как Гасан-оглы (сын Гасана). Стихи на персидском языке он подписывал Пуре Гасан, что имеет то же значение.

Имена отцов легли в основу литературных фамилий нескольких выдающихся болгарских поэтов: Христо Ботева, павшего в освободительной борьбе с турками, Гео Милева, погибшего в фашистском застенке, и нашего современника Людмила Стоянова. Их отцов звали: Ботю Петков, Мили Касабов, Стоян Златаров.

У народов Востока фамилия также часто бывает производным от имени отца. Так, сын аварского поэта Гамзата Цадасы приобрел широкую известность уже не как Расул Цадаса, а как Расул Гамзатов.

Под именами своих отцов вошли в литературу и татарский писатель Ш. Камал, и армянский - Р. Кочар, и народный поэт Грузии И. Гришашвили (суффикс -швили соответствует русскому -ович).

* * *

К псевдонимам типа аббревиатур, использующим истинные имя и фамилию автора (а в России и отчество), относятся и криптонимы, образованные путем замены слов их начальными буквами (инициалы). Эта довольно бесхитростная маскировка широко распространена как в русской, так и в зарубежной литературе. Однако расшифровать такие подписи из-за обилия совпадений подчас нелегко.

В приложении к первой русской газете "Ведомости", основанной Петром Великим (это приложение называлось "Исторические, генеалогические и географические примечания на "Ведомости") почти все статьи были переводными и подписывались двумя буквами - по всей вероятности, начальными буквами фамилий переводчика и автора. Так, молодой Ломоносов под статьями "О твердости тел", "О варении селитры" и др. (1740 - 1742), переведенными им из немецкого сочинения Крафта, поставил Л. К.

Первые русские поэты обычно подписывались инициалами. Под стихами В. Тредиаковского в упомянутых "Примечаниях" и в "Трудолюбивой пчеле" (1759 - 1760) стояло В. Т. Державин "Оду на Багратиона" подписал Г. Д.

Неоднократно ограничивался инициалами и Пушкин. Даже в зените славы он иногда ставил лишь букву Я.: она стояла под стихотворением "19 октября 1827" при первой его публикации. "Пиковую даму" в "Библиотеке для чтения" (1834) Пушкин подписал Р. (латинское "П"). Ту же букву он поставил под двумя статьями в "Литературной газете".

Об этом обычае Д. Минаев в стихотворении "Что в имени тебе моем?" писал:

Иной с фамилией двойною 
Пройдет в журналах без следа, 
Другой под буквою одною 
Известен многие года...1

1 (Здравия желаю! Стихотворения отставного майора Михаила Бурбонова. СПб., 1867, с. 182)

Однако неудобства этого способа были очевидны: разные авторы подписывались одинаково, особенно если ограничивались одной буквой. Так делали, например, жившие в одно время Белинский, Баратынский и Батюшков: у каждого из них есть произведения, подписанные Б. В "Вестнике Европы" и Вяземский, и Жуковский ставили одну и ту же букву В. (у Вяземского это была первая буква фамилии, а у Жуковского - имени). Впоследствии буквой В. подписывались и Брюсов, и Маяковский, чьи имена начинались с нее (первый - в "Ребусе" и "Весах", а второй - в "Новом Сатириконе"). Эта же буква стояла в 1913 - 1917 гг. под статьями а Ленина, и Володарского, и Луначарского (у первого - как начальная буква имени, у второго - фамилии, а у третьего - псевдонима Воинов).

Даже если ставились первые буквы как имени, так и фамилии, инициалы разных писателей часто совпадали. Например, подпись Н. К. могла принадлежать и Карамзину, и Кукольнику, и Курочкину, и Костомарову. Под инициалами А. С. были напечатаны статьи, заметки и стихи в общей сложности 103 авторов (правда, живших в разное время), Ленин неоднократно подписывался В. И., т. е. Владимир Ильич; но ту же подпись в те же годы ставили некоторые литераторы, поскольку их имена и фамилии начинались с тех же букв.

Когда инициалы автора совпадали с инициалами какого-нибудь известного писателя, то автор тем самым - умышленно или нет - вводил читателей в заблуждение. Например, А. Пуговишников свои "Песни, романсы и разные стихотворения" (1836) выпустил от имени А. П.; публика могла принять их за стихи Пушкина или Полежаева, которые тоже так подписывались.

Русские журналы и альманахи конца XVIII и начала прошлого века почти целиком состояли из произведений, под которыми ставились инициалы и различные аббревиатуры; полные фамилии авторов в них встречаются редко. Подчас это делалось не только потому, что такова была мода, но и с целью внушить мысль, что за инициалами скрываются известные поэты, хотя на самом деле это были инициалы других авторов. В связи с этим редакция "Современника" поместила в 1836 г. такое "Уведомление":

"С некоторого времени начали появляться в "Московских ведомостях" статьи под литерами И. Д. ... нимало не принадлежащие ветерану нашей словесности1... Мы уполномочены довести о том до сведения гг. редакторов и обратиться к их проницательной разборчивости, не могут ли они впредь употребить какие-нибудь меры, чтобы читатели не были вводимы в заблуждение?"2

1 (Подразумевался 76-летний поэт И. И. Дмитриев, автор песни "Стонет сизый голубочек...")

2 ("Современник", 1836, т. II, с. 310)

Под инициалами издавались целые книги. Так, автором "Стихотворений И. П. М." (1834) был И. П. Мятлев, о котором ныне напоминают Лишь строки Лермонтова в альбоме Карамзиной:

Люблю я парадоксы ваши, 
И ха-ха-ха, и хи-хи-хи, 
Смирновой штучку, фарсы Саши 
И Ишки Мятлева стихи.

Если ставились, как в этом случае, первая буква как имени, так и отчества, и фамилии (три инициала), то возможность совпадения подписей уменьшалась. Вот почему Л. Толстой, подписав "Детство" и "Набег" при первой их публикации Л. Н., под "Отрочеством" Поставил уже Л. Н. Т.

В годы реакции, последовавшей после первой русской революции, вновь появились сборники и альманахи, где вместо фамилий авторов стояли только инициалы и аббревиатуры.

Таков, например, сборник "Лира революции" (1907). Но объяснялось это уже не модой, а соображениями конспирации.

Авторами сборника пародий "Парнас дыбом" (1926), снискавшего большую популярность, значились, судя по обложке, некие Э.С.П., А.Г.Р. и А.М.Ф. Это были Э. С. Паперная, А. Г. Розенберг и А. М. Финкель, раскрывшие свое инкогнито лишь через 40 лет.

Порой к инициалам добавлялись (или им предшествовали) первые буквы слов, указывавших на общественное положение автора, его звание, происхождение, место жительства и т. д. Так, Ксавье де Местр издал "Путешествие вокруг моей комнаты" (1794) за подписью M. le ch. X. o. a. s. s. d. s. M. S., что означало: г[осподин] к[авалер] К[савье], б[ывший] о[фицер] н[а] с[лужбе] е[го] в[еличества] с[ардинского] к[ороля].

Издатель сочинения "Вождь к истинному благоразумию и совершенному счастию человеческому" (1780) подписался Н. С. В. Р. - надворный советник Василий Рубан. С повышением его в чине криптоним изменился: заголовок книги "Зерно истории первых трех монархий света" (1791) сообщал, что она переведена с польского под руководством Г. К. С. В. Г. Р., т. е. господина коллежского советника Василия Григорьевича Рубана.

Книга "Феатр чрезвычайных происшествий" (1790) была подписана Т...П...О..., что означало: "трудами Павла Острогорского". Подпись Дмстперв под "Кратким опытом исторического известия о российском дворянстве" (1804) означала: "дал Матвей Спиридов труд первый", а подпись Д. С. С. К. А. Г. под первым русским путеводителем "Дорожный календарь" (1805) - "действительный статский советник князь Алексей Голицын". На "Новейшем и полном Российском общенародном песеннике" (1810) значилось, что он издан Ж.Г.Т.А.К., т. е. жителем города Тулы Александром Капустиным.

Подпись Н. С. Лескова под одной заметкой в "Новом времени" (1888) См. е. Н. следовало читать: "Смиренный ересиарх Николай". Подпись Р.А.Е.Ф. означала: "Ректор академии епископ Федор". Стихи Р. Яфимовича были изданы от имени Р. Б. Р., т. е. раба божьего Романа.

В 1923 г. в Петрограде вышел сборник стихов под загадочным названием "Нитапа" не менее загадочного Девиза. Этот криптоним расшифровывался так: д[октор] Ев [гений] Из [аксон]. Основной профессией этого поэта было зубоврачевание...

Иногда подписью было греческое название той буквы, с которой начинались фамилия или имя автора: Альфа, Гамма, Омега, Сигма и т. д. Довольно часто применялись и церковнославянские названия этих букв: Аз, Буки, Риы, Фита, Юс и т. д. При этом иногда остроумно использовался смысл этих названий. Так, журналист С. С. Гусев подписывался Слово Глаголь (буква с называлась "слово", а буква г - "глаголь", т. е. говори). Другой пример-подпись А. В. Арсеньева в "Пчеле" (1875): Аз Рцы Слово (т. е. я сказал слово). Так выглядел в этой интерпретации криптоним Арс, т. е. первые три буквы фамилии автора.

Впрочем, чаще в качестве подписи ставили русские названия начальных букв имени и фамилии, слитые вместе: Эмге, Энпе, Вебе и т. д., или же только имени или фамилии: Эм, Эн, Эс и т. д. Если имя, отчество и фамилия начинались одной и той же буквой, авторы обыгрывали это, подписываясь: Триэм, Триве, Триэс и т. д.

Псевдоним мог состоять из начальной буквы настоящего имени плюс придуманная фамилия. У одного советского журналиста была целая серия таких подписей, приуроченных к дате публикации статьи: М. Декабрь, М. Январь, М. Февраль и т. д.

* * *

Порой вместо букв ставили цифры, означавшие их порядковые номера в алфавите. Так не раз поступал молодой Пушкин: его подписи в "Вестнике Европы" и "Российском музеуме" (1814 - 1815): 1...17 - 14, 1...16 - 14, 1...14 - 16 означают А...р-н, А...П-н, А...н-П. М. Бестужев-Рюмин подписывался 2 - 17, т. е. Б. Р., Аполлон Григорьев - 1 - 4, т. е. А. Г. Подпись 16/2 значит П/Б (Петр Быков). Такие подписи называются цифронимами.

Цифры могли означать и не места, занимаемые буквами в алфавите, а сами буквы (в церковнославянской письменности цифры обозначались буквами, имевшими определенные числовые значения). Подпись 200 - 1 под "Посланием князю Вяземскому" означала С. А. (С. Т. Аксаков), а подпись 8-ъ 300.40.20 в "Приятном и полезном препровождении времени" (1798) расшифровывается так: И-ъ Т. м. к. - Иван Тимковский (цензор, память о котором сохранилась в стихах Пушкина "На скользком поприще Тимковского наследник...").

Еще более сложный шифр применил автор романа в письмах "Всеволод и Велеслава" (1807): 30e. 8a. 7b. 4c. d +70d. 50a. 30e. 20c. 8b. 8g. f.+400b. 100c. d. 40a. 10f. 5g. 2h. 2e. Этот многочлен довольно замысловат, но все же можно понять, что плюсы отделяют слова друг от друга, коэффициенты означают буквы церковнославянской азбуки, а порядок, в котором их надо поставить внутри каждого слова, обозначен латинскими буквами (причем допущены опечатки). После соответствующих подстановок и перестановок получается: издал Николай Муравьев1.

1 ("Журнал Министерства народного просвещения", 1877, № 1, с. 137)

* * *

Встречаются псевдонимы, взятые по аналогии (сходству смысла) с настоящей фамилией автора. Их можно назвать метонима м и.

Так, Н. Г. Чернышевский один фельетон в "Свистке" (1862) подписал Эфиоп (эфиоп - негр - черный - Чернышевский). Теоретик народничества П. Л. Лавров, автор "Рабочей Марсельезы", бывшей до перевода "Интернационала" на русский гимном нашего пролетариата, подписывался П. Миртов и П. Кедров (производные от названий других вечнозеленых растений). С. Копейкин писал под именами Грошиков и Грошик, С. Огурцов - под именем Редькин.

Л. Медведев подписывался М. Топтыгин, а К. Михайлов - Урсус, т. е. "медведь" по-латыни (между этим животным и именем Михаил давно установилась прочная ассоциация).

Наконец, псевдоним мог быть образован по противоположности смысла с настоящей фамилией автора или с фамилией другого писателя (антионимы). Юморист Д. Богемский подписывался то Граф Худой, то Максим Сладкий, а В. Богораз - Черта с два (сразу две антитезы: бог - черт и рас - два).

* * *

Имя автора могло быть зашифровано не только в подписи, но и другими способами, например в форме акростиха, месостиха или телестиха. Например, в балладе "Послание к любимой" выдающегося французского поэта XV в. Франсуа Вийона есть такие строфы:

Фальшивая краса - гнилой товар, 
Румяна лгут, обманывая взор. 
Амур жестокий мне нанес удар, 
Неугасим страдания костер. 
Страшней всех мук измены яд, остер... 
Ужель в тоске покину этот мир? 
Алмазный взгляд смягчит ли мой укор? 
Не погуби, спаси того, кто сир! 

Весна придет, угаснет сердца жар, 
Иссохнет плоть и потускнеет взор. 
Любимая, я тоже буду стар... 
Любовь и тлен - какой жестокий вздор! 
Обоих нас ограбит время-вор. 
На кой нам черт тогда бряцанье лир?*1

* (Пер. Ф. Мендельсона)

1 (Вийон Франсуа. Стихотворения. М., 1965, с. 108 - 109)

Из начальных букв этих строк образуется Франсуа Виллон (русский эквивалент не может быть точным, так как во французской транскрипции слова "Франсуа" не семь букв, а восемь).

В телестихе читается последняя буква каждой строки, а в месостихе - расположенные посередине.

Применялись и другие способы тайнописи, более или менее хитроумные. Франческо Колонна книгу "Гипнэротомахия, или Сон Полифила" (1499) написал так, что первые буквы слов, начинавших главы, составляли фразу: "Франческо Колонна возлюбил Полию"; вдобавок само имя героя - Полифил - означает по-гречески "любящий Полию". Так настойчиво стремился автор увековечить не только свое имя, но и имя возлюбленной.

Падуанец Роландино выпустил в XII в. свои исторические хроники анонимно, но если взять по первому слогу от первого слова каждого из 12 томов, то получится: Chronica Rolandini facta Paduae ("Хроники Роландино, писанные в Падуе").

В той же Падуе вышла в 1690 г. без указания автора книга арабских стихотворений. Вторые буквы строчек последнего из них, если читать снизу вверх, складывались во фразу: "Написано Тимотеем Карнуком, епископом Марденским"1.

1 (Lalanne Ludovic. Curiosites bibliographiques. Paris, 1857, p. 112)

Под "Письмом пленного турецкого офицера Допуз-Мирзы" в "Развлечении" (1877) стояло: "Перевел Вали-Алла-Шах-Кызыл-Оглы-Верды. Если взять по первой букве от каждого из этих имен, то получится "Вашков" - имя настоящего автора.

Иногда подпись имела форму ребуса: Mi/f (т. е. ми на эф) - Минаев; 1/2 doff - Демидов (demi по-французски - половина); 1 1/2 цкий - Полторацкий; Густав He/o - Густав не Надо (Надо - фамилия французского поэта).

предыдущая главасодержаниеследующая глава



Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru

При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку на страницу источник:

http://litena.ru/ "Litena.ru: Библиотека классики художественной литературы 'Литературное наследие'"